Шарль де Костер. Легенда об Уленшпигеле -
17 >
милосерд. - Он бы на этом много потерял, - заметил Клаас, - ведь отобранное имущество отходит к нему. Тут внезапно затрубила труба, загремели литавры глашатая. Клаас и Сооткин, поминутно передавая друг другу Уленшпигеля, побежали вслед за толпой. Перед ратушей конные глашатаи трубили в трубы и били в литавры, тут же находился профос [полицейский чин] с жезлом, а прокурор, верхом на коне, держал обеими руками указ императора и собирался прочитать его народу. Клаас услыхал, что отныне всем и каждому возбраняется печатать, читать, хранить и распространять писания, книги и учения Мартина Лютера, Иоанна Виклифа, Яна Гуса, Марсилия Падуанского, Эколампадия, Ульриха Цвингли, Филиппа Меланхтона, Франциска Ламберта, Иоанна Померана, Отто Брунсельсия, Юста Ионаса, Иоанна Пупериса и Горциана, а равно и Новый завет, изданный Адрианом де Бергесом, Христофом да Ремонда и Иоанном Целем (*9), каковые издания полны Лютеровой и прочих ересей, за что богословский факультет Лувенского университета (*10) осудил их и запретил. "Равным образом возбраняется кощунственно писать и изображать или же заказывать кощунственные картины и изваяния господа бога, присноблаженной девы Марии и святых угодников, равно как разбивать, рвать или же стирать картины и изваяния, напоминающие нам о боге, о деве Марии и о тех, кого церковь причислила к лику святых, служащие к их возвеличению и прославлению". "Кроме того, - говорилось в указе, - всем подданным, независимо от их звания, возбраняется рассуждать и спорить о Священном писании (*11), а равно и толковать в нем неясные места, - всем, за исключением признанных богословов, получивших на то соизволение от какого-либо знаменитого университета". Находившихся на подозрении его святейшее величество навсегда лишал права заниматься честным трудом. Лица же, вновь впавшие в ересь или же закосневшие в таковой, подлежали сожжению, а какому именно: на медленном или на быстром огне, на костре из соломы или у столба - это уже