Морис Дрюон. Французская волчица -
14 >
от своего подчиненного положения, считая, что заслуживает лучшей участи; интрига давала ему возможность взять тайный реванш, ибо, проникая в тайны знатных людей, он как бы вырастал в собственных глазах. Барон Вигмор был, несомненно, самым благородным как по происхождению, так и по характеру человеком, с каким ему когда-либо приходилось иметь дело. Кроме того, узник, упорно продолжавший бриться даже в морозные дни, невольно вызывает восхищение! С помощью брадобрея Мортимеру удавалось поддерживать хоть и не часто, но регулярно связь со своими сторонниками, и в первую очередь с Адамом Орлетоном, епископом Герифордским; наконец, через брадобрея он узнал, что можно попытаться привлечь на свою сторону помощника коменданта Тауэра Джерарда Элспея; все через того же брадобрея Мортимер разрабатывал план побега. Епископ заверил его, что он будет освобожден летом. И вот лето наступило... Время от времени тюремщик, движимый лишь профессиональной привычкой, а не чрезмерной подозрительностью, бросал через глазок в двери взгляд в темницу. Роджер Мортимер, склонившись над деревянной лоханью - увидит ли он когда-нибудь вновь таз из тонкого чеканного серебра, которым пользовался раньше? - слушал ничего не значащую болтовню брадобрея, с умыслом повысившего голос, чтобы обмануть бдительность тюремщика. Солнце, лото, жара... По-прежнему стоит хорошая погода, и - что самое замечательное - даже в праздник святого Петра... Наклонившись еще ниже над Мортимером, Огл шепнул ему на ухо: - Be ready for to-night, my lord [будьте готовы сегодня вечером, милорд (англ.)]. Роджер Мортимер даже не вздрогнул. Только поднял глаза серо-кремневого оттенка под густыми бровями и взглянул в маленькие черные глазки брадобрея, который движением век подтвердил сказанное. - Элспей?.. - прошептал Мортимер. - He'll go with us [он отправится вместе с нами (англ.)], - ответил брадобрей, принимаясь за другую щеку барона.