Морис Дрюон. Французская волчица -
91 >
даже покоробило от этого вопроса. - Идите взгляните сами. Их уже видно. Граф Кентский склонился над оловянным зеркальцем, желая привести в порядок светлые букли у висков, и последовал за сенешалем. В белой рубашке с напуском и распахнутым воротом, в сапогах без шпор и с непокрытой головой, он среди этих вооруженных до зубов баронов в железных кольчугах производил впечатление человека смелого, грациозного, но в то же время довольно легкомысленного. Он вышел наружу, и его оглушил звон колоколов, ослепило яркое августовское солнце. Борзая завыла. Все поднялись на самый верх большой круглой башни под названием Томас, построенной Ричардом Львиное Сердце. Чего только не настроил этот предок... Укрепления вокруг Тауэра, Шато-Гайяр, крепость Ла Реоль... У подножия почти отвесного склона текла широкая поблескивавшая на солнце Гаронна, путь которой был отмечен множеством излучин; она бежала по огромной плодородной равнине, простиравшейся до синевшейся у самого небосклона полоски Аженских гор. - Я ничего не различаю, сказал граф Кент, ожидавший увидеть французские авангарды на подступах к городу. - Да вон они, ваше высочество, - громко кричали бароны, надеясь заглушить гул набата. - Смотрите вдоль реки, вверх по течению, в сторону Сент-Базеля! Прищурив глаза и приложив щитком ладонь ко лбу в защиту от солнца, граф Кентский наконец разглядел рядом с лентой реки вторую поблескивавшую ленту. Ему объяснили, что это блестят на солнце панцири рыцарей и лошадиные попоны. А звон колоколов по-прежнему разрывал воздух. Как это у звонарей хватало силы? На улицах городка, особенно перед ратушей, волновались жители. Какими маленькими казались все эти люди с зубцов крепости. Словно насекомые. По всем дорогам, ведущим к городу, двигались перепуганные крестьяне; кто тащил на веревке корову, кто собирал разбежавшихся коз, кто погонял стрекалом быков в упряжке. Люди убегали с полей, с минуту на