Морис Дрюон. Яд и корона -
47 >
министров Филиппа Красивого? Результат получился не особенно-то хороший. - Брат мой, - вдруг произнес Филипп Пуатье своим спокойным голосом, - я полностью присоединяюсь к совету, который дал вам Гоше. Наши войска не смогут идти в бой, прежде чем не отдохнут хоть с неделю. - Таково и мое мнение, - отозвался граф Людовик д'Эвре. - В таком случае нам никогда не удастся проучить этих фламандцев! - воскликнул Карл де ла Марш, младший брат короля, который во всех случаях поддерживал своего дядю Валуа. Присутствующие заговорили все разом. Отступление или поражение - перед таким выбором стоит французская армия, утверждал коннетабль. Валуа возразил, что не видит никаких преимуществ в плане, предложенном коннетаблем, - отойти на пять лье и гнить там так же, как здесь. Граф Шампаньский заявил, что его войска собраны только на две недели, посему он намерен уйти немедленно, если не дадут боя, а герцог Эд Бургундский, брат убитой Маргариты, воспользовался подходящим предлогом, дабы показать, что он отнюдь не горит желанием служить своему бывшему зятю. Король колебался, не зная, на что решиться. Вся эта кампания затевалась в расчете на скорый исход. Благополучие казны, личный его престиж зависели от быстрой победы. А теперь мечты-о молниеносной войне рухнули. Встать на сторону разума и бесспорной очевидности, раскинуть лагерь в другом месте, выжидать - означало, помимо всего, отложить бракосочетание и коронацию. А что касается плана перебраться через разлившуюся реку и нестись галопом по грязи... Вот тут-то и поднялся с места Робер Артуа - внушительная масса пурпура и стали - и шагнул на середину шатра. - Государь мой, кузен, - начал он, - я понимаю вашу озабоченность. У вас не хватает средств поддерживать такую огромную и к тому же бездействующую армию. Кроме того, вас ждет новая супруга, и нам всем тоже не терпится увидеть наконец королеву, равно как и присутствовать на короновании. Мой совет вам - не упорствовать далее. Не враг заставляет нас