Морис Дрюон. Яд и корона -
94 >
трапезу, к ней в опочивальню, сдержанно улыбаясь, вошла Беатриса. - Ну? - спросила Маго. - Ну, мадам, приворотное зелье подействовало сильнее, чем мы могли надеяться. Сейчас они спят. Маго задумчиво откинулась на подушки. - Слава тебе, господи, - произнесла она. - Вот мы с тобой и воссоединили вторую королевскую чету.И начались недели, принесшие королевству относительный, покой. Враждующие партии встретились сначала в Аррасе, затем в Компьене, и король обещал вынести свое решение относительно графства Артуа еще до Рождества. Северные бароны; временно утихомиренные, разъехались по своим замкам. Поля лежали черные, пустынные; в овчарнях жались в кучу озябшие овцы. В безмолвии зимы дремали французские деревни. Наступили самые короткие в году дни; декабрьские зори расползались над землею дымом, словно где-то поблизости нехотя горел лес, еще одетый зеленой листвой. Ночной мрак рано спускался на королевскую резиденцию в Венсенне, со всех сторон окруженную бором. Послеобеденные часы Клеменция посвящала вышиванию. Она дала обет вышить напрестольную пелену, изображавшую рай. Праведники разгуливали среди апельсиновых и лимонных деревьев под безупречно лазоревым небом; рай этот до странности походил на неаполитанские сады. "Королевой становятся не для того, чтобы быть счастливой", - часто думала Клеменция, повторяя про себя слова своей бабки Марии Венгерской. Не то чтобы она была несчастлива в прямом смысле этого слова, даже оснований быть несчастной у нее не имелось. "Просто я поддаюсь дурному чувству, - твердила она себе, - и, неблагодарная, еще смею не возносить хвалу нашему Создателю за все, что он мне дал". Но Клеменция не могла понять, откуда эта усталость, эта печаль, эта тоска, не оставлявшая ее с утра до вечера. Разве ее не окружили тысячью забот? Рядом с ней постоянно находилось не меньше трех придворных дам, выбранных из самых благородных семейств
