Виктория Хольт. Королева-распутница -
14 >
нанемного.
- Моя дорогая, ты же видела розы вчера.
- Но они меняются за день. Я хочу снова взглянуть на них. Пойдем.
Отправимся в розарий.
Они оба не посмотрели назад, на серые стены замка. Гаспар обнял жену.
- Ты устала, - сказал он.
- Нет.
Очевидно, меня вызывают ко двору, подумал Колиньи. Король или
королева-мать. Жаклин будет плакать и уговаривать меня остаться. Но я
должен поехать. Многое зависит от моего присутствия. Я должен работать во
имя наших людей; переговоры и совещания предпочтительней гражданской войны.
Он давно мечтал о такой войне, которая принесет свободу гугенотам
Франции и Фландрии, дарует людям право выбора религии, положит конец
ужасным массовым убийствам, подобным происшедшему в Васси. Ради этой цели
он мог отдать жизнь, хотя и боялся причинить боль близким.
Его сыновья, пятнадцатилетний Франциск и семилетний Одет, подошли к
Колиньи и Жаклин. Они знали новость; Гаспар тотчас понял это. Лицо
Франциска ничего не выдавало, но маленький Одет невольно смотрел на отца с
тревогой во взгляде. Как грустно, что такой маленький мальчик, понимая
многое, испытывает страх.
- Что с тобой, сын? - спросил Колиньи Одета и тотчас перехватил
предупреждающие взгляды Жаклин и старшего сына.
- Ничего, папа, - высоким мальчишеским голосом ответил Одет. - Меня
ничто не беспокоит. Со мной все в порядке. Спасибо.
Гаспар взъерошил свои темные волосы и подумал о другом Одете, который
отправился в Лондон и не вернулся назад.
- Как здесь чудесно! - сказал он. - Признаюсь, мне не хочется
возвращаться в замок.
Он почувствовал, что они испытали облегчение. Дорогие дети! Дорогая,
любимая жена! Гаспар почти пожалел о том, что Господь даровал ему такое
семейное счастье, потому что ему было больно разрушать его. Не будь он
лидером множества людей, он смог бы полностью отдаться безмятежной жизни у
домашнего очага.
Его дочь Луиза и Телиньи, за которого она недавно вышла замуж,