Виктория Хольт. Королева-распутница -
27 >
Карла в годы его полного опасностей детства. Она успокаивала Карла в тяжкие
дни, изо всех сил пытаясь оградить его от влияния воспитателей-извращенцев.
Она делала это тайно, незаметно, потому что этих наставников подослала к
нему мать, желавшая усугубить безумие Карла и привить ему склонность к
перверсиям. Если бы Катрин догадалась, что Мадлен противостоит ее
намерениям, старая няня получила бы итальянское пирожное. Часто после
ужасных часов, проведенных в обществе воспитателей, он просыпался среди
ночи, дрожа от страха, и брел в соседнюю комнату, которую занимала Мадлен,
- он старался держать ее как можно ближе к себе, - чтобы обрести покой в ее
материнских объятиях. Она убаюкивала его, называла Карла своим малышом,
позволяла королю Франции почувствовать себя маленьким мальчиком. Мадлен
продолжала играть роль матери, даже когда Карл вырос. Он настаивал на том,
чтобы она всегда оставалась рядом с ним, под рукой.
Его сестра Марго? Нет, он не мог больше доверять ей. Дорогая маленькая
сестренка превратилась в дерзкую нахалку. Она стала любовницей Генриха де
Гиза; она без колебаний выдала бы этому человеку секреты короля. Он больше
не вправе полагаться на нее; недоверие не оставляло места для любви.
Но еще была Мари - самое дорогое для Карла существо. Она любила и
понимала его, как никто другой. Ей он мог читать стихи, показывать книгу об
охоте, которую он писал. Для нее он был настоящим королем.
Колиньи Адмирал был его другом. Карлу никогда не надоедало общество
Гаспара. С ним он чувствовал себя в безопасности, хотя кое-кто называл его
предателем Франции. Карл не сомневался в своем друге. Колиньи никогда не
совершит подлости. Если адмирал решит выступить против Карла, он немедленно
заявит об этом королю в силу своего прямодушия. Он был открытым, честным
человеком. Если он гугенот, значит, эти люди не так уж плохи. Карл дружил
со многими гугенотами. К их числу относились его няня Мадлен, Мари Туше,