Виктория Хольт. Отравительница -
33 >
внимание на то, что, по мнению Катрин, он был склонен забыть.
- Герцог де Гиз - великолепный мужчина! - сказал Генрих. - Во всей
Франции ему нет равных. Ты будешь гордиться им, выйдя за него замуж.
Жанна подняла голову.
- Что, Ваше Величество? - сказала она. - Вы действительно допустите,
чтобы герцогиня д'Омаль, которая сейчас чувствует, что должность моего пажа
делает ей честь, стала моей свояченицей?
Она увидела, что король багровеет от гнева - мадам д'Омаль была
дочерью его возлюбленной, Дианы де Валентинуа.
В голосе Жанны зазвучал праведный гнев:
- Вы сочтете возможным, Ваше Величество, чтобы герцогиня, дочь мадам
де Валентинуа, посредством брака, в который вы советуете мне вступить,
обрела право идти рядом со мной вместо того, чтобы нести шлейф моего
платья?
Генрих растерялся; как всегда в подобных случаях, он не мог найти
нужных слов. Ему не часто приходилось выслушивать недвусмысленные нападки
на свою любовницу.
Жанна решила воспользоваться своим шансом.
- Ваше Величество, Франциск де Гиз хочет взять в жены не столько меня
лично, сколько мою корону принцессы. Если его племянница, Мария
Шотландская, выйдет за дофина, а он сам, женившись на мне, станет королем
Наварры, то, пожалуй, Франция получит не одного, а двух монархов.
Генрих недоверчиво посмотрел на кузину. В его сознании возник образ
смелого воина; Генрих слышал крики парижан: "Де Гиз! Де Гиз!" Франциск де
Гиз уже был героем Парижа. Генрих уважал кузину за ум. Сам он не мог
похвастаться блестящим интеллектом, но восхищался теми, кто обладал им. Он
помнил о том, что мать Жанны была одной из самых одаренных женщин своего
времени.
- Вы забыли слова вашего отца, произнесенные им на смертном ложе?
"Остерегайся дома де Гизов..." О, Ваше Величество, король Франциск понимал
амбиции этой семьи.
Генрих подумал, что в сказанном ею было много правды. Диана желала