Виктория Хольт. Мадам Змея -
96 >
собой.
- О! В этом есть намек. Пожалуйста, объясни, что ты имеешь в виду.
- Я равнодушен к насмешкам. Что дает людям право смеяться над чистой
любовью? Мораль двора, установленная тобой, способна вызвать слезы у
ангелов.
Диана, подумал король. Ты хорошо выполнила мое задание.
- Ты проявляешь высокомерие. Не делай так, чтобы к моему презрению
добавился гнев.
- Я не боюсь твоего гнева.
- Да? - насмешливо сказал король. - Я заточу тебя в темницу... там ты
не сможешь встречаться со своей любовницей.
- Ты забавляешься за мой счет.
Король подошел к сыну и положил руку ему на плечо.
- Послушай меня, Генрих. Поступай как хочешь. Заведи двадцать
любовниц. Почему нет? Иногда безопасней иметь двадцать женщин, чем хранить
верность одной. Я больше не сомневаюсь в том, что ты сумеешь дать достойный
отпор любому насмешнику. Но эти поездки в Ане могут иметь серьезные
последствия. Существует еще маленькая герцогиня, твоя жена.
- Ну и что?
- Она молода, не лишена привлекательности; сделай ей ребенка и со
спокойной совестью отправляйся в Ане или в любое другое место хоть на
месяцы. Никто не пил так жадно из фонтана любви, как я, однако я никогда не
забывал о моем долге перед домом и страной.
Генрих молчал.
- Подумай об этом, - мягко добавил Франциск. - Больше я не буду
отвлекать тебя от удовольствий. Бог видит, я рад тому, что ты наконец
повзрослел; я уже перестал надеяться на это. Женщина - важная часть жизни
мужчины. Они рожают нас, дарят наслаждения и детей. Я радуюсь тому, что ты
развиваешься нормально. Разбирайся сам с насмешниками! Но прошу тебя об
одном: помни о твоем долге перед женой и домом Валуа.
Франциск улыбнулся, глядя на мрачное лицо сына, и дружески хлопнул
Генриха по плечу. Будем друзьями, говорил этим Франциск. В конце концов ты
- мой сын.
Блестящие прищуренные глаза короля стали задумчивыми. Он гордился