Рафаэлло Джованьоли. Спартак -
57 >
- У меня в доме, Спартак, ты всегда желанный гость. А теперь, - добавил он, быстро повернувшись к Требонию и к другим гладиаторам, - выпьем чашу фалернского, если оно водится в такой дыре. - Если уж моя ничтожная таверна, - любезно сказала Лутация Одноглазая, стоявшая позади Катилины, - удостоилась чести принять в своих убогих стенах такого высокого гостя, такого прославленного патриция, как ты, Катилина, то, видно, сами боги-провидцы помогли мне: в погребе бедной Лутации Одноглазой хранится маленькая амфора фалернского, достойная пиршественного стола самого Юпитера. И, поклонившись Луцию Сергию, она ушла за фалернским. - А теперь выслушай меня, Требоний, - обратился Катилина к бывшему ланисте. - Слушаю тебя со вниманием. Гладиаторы смотрели на Катилину и изредка вполголоса обменивались одобрительными замечаниями по поводу его физической силы, могучих рук с набухшими узловатыми мускулами, а он тем временем вполголоса вел беседу с Требонием. - Я слышал, слышал, - заметил Требоний. - Это меняла Эзефор, у которого лавка на углу Священной и Новой улицы, недалеко от курии Гостилия... - Вот именно. Ты сходи туда и, как будто из желания оказать Эзефору услугу, намекни, что ему грозит опасность, если он не откажется от своего намерения вызвать меня к претору для немедленной уплаты пятисот тысяч сестерциев, которые я ему должен. - Понял, понял. - Скажи ему, что, встречаясь с гладиаторами, ты слышал, как они перешептывались между собой о том, что многие из молодых патрициев, связанные со мной дружбой и признательные мне за щедрые дары и за льготы, которыми они обязаны мне, завербовали, - разумеется, тайно от меня, - целый манипул гладиаторов и собираются с ним сыграть плохую шутку... - Я все понял, Катилина, не сомневайся. Выполню твое поручение как должно. Тем временем Лутация поставила на стол фалернское вино; его разлили по чашам и, попробовав, нашли неплохим, но все же не настолько выдержанным,