Рафаэлло Джованьоли. Спартак -
66 >
доблестного соперника. Среди праздного люда, глазевшего с верхней галереи на снующую внизу толпу, стоял Спартак; облокотясь на мраморные перила и подпирая голову руками, он рассеянно и равнодушно смотрел на весь этот суетившийся и волновавшийся народ. На нем была голубая туника и короткий паллий вишневого цвета, схваченный на правом плече серебряной тонкой работы застежкой в виде щитка. Неподалеку от него оживленно разговаривали трое граждан. Двое из них уже известны нашим читателям: атлет Гай Тауривий и наглый Эмилий Варин. Третий был одним из многочисленных бездельников, живших за счет ежедневных подачек какого-нибудь патриция; обычно они объявляли себя "клиентами" этого аристократа и сопровождали его на Форуме, в комиции, подавали голос по его желанию и приказанию, превозносили его, льстили и надоедали непрестанным попрошайничеством. То было время, когда после побед в Азии и в Африке Рим утопал в роскоши и погряз в восточной лени; когда Греция, побежденная римским оружием, победила своих покорителей, заразив их изнеженностью, развращенностью, привычкой к роскоши; когда неисчислимое и все возрастающее количество рабов исполняло все работы, которыми до того занимались свободные трудолюбивые граждане. Все это убило труд - самый мощный источник силы, нравственности, благоденствия, и Рим, еще носивший личину величия, богатства и мощи, уже чувствовал, как в нем самом развиваются зловещие зародыши приближающегося упадка. Клиенты были страшной язвой эпохи, о которой мы повествуем, она особенно способствовала разложению и повлекла за собою гибельные последствия, сказавшиеся в новых законах Гракхов, Сатурнина, Друза, в междоусобных раздорах Суллы и Мария. В дальнейшем стало еще хуже: начались ежедневные стычки, пошли мятежи - Катилины, Клодия и Милона, и все это привело к триумвирату Цезаря, Помпея и Красса. Любой патриций, любой консул, любой богатый честолюбец имел свиту в