Сесил Скотт Форестер. Мичман Хорнблауэр -
52 >
До Англии проще добраться отсюда, чем от Бискайского побережья Франции,
что же до остального, Хорнблауэр достаточно слышал о новом французском
правительстве, вынесенном революцией на вершину власти, чтобы не
сомневаться: они не отпустят пленных по ходатайству капитана торгового
судна. А опытных моряков во Франции мало, его задача - не дать этим
двенадцати вернуться.
- Нет, - сказал он снова, в ответ на очередные уговоры капитана.
- Может, двинуть ему в челюсть, сэр? - спросил Хантер.
- Нет, - снова сказал Хорнблауэр, но французский капитан видел жест и
догадался о его смысле. Он смолк и угрюмо опустил голову, но тут же поднял
ее при виде взведенного пистолета, по-прежнему лежавшего у Хорнблауэра на
колене и нацеленного капитану в живот. Во сне палец может нажать на спуск.
- Сэр, - сказал он, - умоляю вас, уберите пистолет. Это опасно.
Взгляд Хорнблауэра был холоден и безучастен.
- Уберите, прошу вас. Я не буду мешать вам командовать шлюпкой. Я
обещаю.
- Вы клянетесь?
- Да, клянусь.
- А они?
Капитан с жаркими объяснениями повернулся к своей команде. Те нехотя
согласились.
- Они тоже клянутся.
- Очень хорошо.
Хорнблауэр начал убирать пистолет за пояс и едва вспомнил поставить его
на предохранитель, как раз во время, чтобы не прострелить себе живот. Все
погрузились в апатию. Шлюпка ритмично вздымалась и опускалась, это было куда
приятнее, чем резкие толчки на плавучем якоре. Желудок Хорнблауэра
постепенно успокоился. Юноша две ночи не спал. Голова его клонилась на
грудь, потом он постепенно привалился к Хантеру и мирно уснул, а шлюпка,
подгоняемая свежим ветром, держала прямой курс на Англию.
Проснулся он в конце дня, когда одеревеневший от усталости Мэтьюз
вынужден был уступить руль Карсону. После этого они по очереди несли вахту,
один со шкотом, другой у руля, в то время как двое других пытались немного
отдохнуть. Хорнблауэр нес свою вахту у шкота, руль он не брал, особенно,