Сесил Скотт Форестер. Хорблауэр и "Атропа" -
14 >
глупо капитану не справиться с каким-то паромом, то убеждать ее
бессмысленно. Кроме того, ему некогда пререкаться.
- И вообще, все это ни к чему, дорогой, - продолжала Мария. - Зачем
тебе так унижаться? Зачем вся эта спешка?
Хорнблауэр обогнул изгиб и поздравил себя с тем, что уже неплохо
управляется с румпелем.
- Почему ты не отвечаешь? - говорила Мария. - Обед ждет, а маленький
Горацио...
Ее голос звучал голосом совести - собственно этим он и был.
- Мария! - рявкнул Хорнблауэр. - Марш в каюту! В каюту, я говорю!
Вернись в каюту.
- Но, дорогой!..
- В каюту!
Хорнблауэр уже орал - приближалась еще одна баржа, и ему некогда было
деликатничать.
- Какой ты жестокий, - сказала Мария. - Ты забываешь, что я...
Жестокий, возможно, но занятый, это точно. Хорнблауэр повернул руль,
Мария поднесла платок к глазам и метнулась - насколько может метнуться
женщина на сносях - обратно в каюту второго класса. "Королева Шарлотта"
ловко проскользнула между баржей и берегом. У Хорнблауэра даже осталось
время взмахом руки ответить на приветствие хозяйки баржи. Он даже успел
пожалеть о том, как обошелся с Марией, но лишь на минуту. Надо было вести
паром.
Было еще довольно светло, когда они вошли в долину Темзы, и Хорнблауэр,
глядя направо, видел, как бежит рядом небольшая еще речушка - собственно, не
такая уж небольшая, поскольку стояла зима и уровень воды был довольно высок.
С каждым поворотом и с каждым шлюзом канал все ближе подходил к реке.
Наконец паром достиг Инглешома. Впереди виднелась колокольня Лечлейдской
церкви. Здесь канал соединялся с рекой. У последнего шлюза Дженкинс
остановил лошадей и подошел к Хорнблауэру.
- Теперь нам предстоит пройти три запруды на реке, - сказал он.
Хорнблауэр не имел ни малейшего представления, на что они похожи, и
хотел бы узнать, прежде чем придется их "проходить", но и невежество
