Сесил Скотт Форестер. Хорблауэр и "Атропа" -
48 >
однако это самая надежная полумера. Нет, нет, нет! Ко всем чертям полумеры!
- Мистер Хоррокс!
- Сэр!
- Я возьму руль. Спускайтесь вниз. Подождите, болван. Выслушайте меня
прежде. Оторвите настил и разберитесь с пробоиной. Вычерпывайте воду -
шляпами или чем хотите. Найдите пробоину и заткните, чем сумеете - рубашку
возьмите у кого-нибудь из матросов. Подождите. Пусть никто не видит, как вы
вычерпываете. Выплескивайте вот сюда, между моих ног. Ясно?
- Э... да, сэр.
- Тогда давайте руль. Спускайтесь. И если вы не справитесь, я спущу с
вас шкуру, хотя бы это было последним, что я успею в жизни. Спускайтесь.
Хоррокс нырнул за занавески. Хорнблауэр взялся за руль и встал так,
чтоб гроб не закрывал ему обзор. Шпагу пришлось выпустить, и, конечно, не
удалось сохранить печальное выражение лица, но это было неважно. Западный
ветер дул прямо в лоб, навстречу приливу, поднимая волны. Из-под носа барки
летели брызги, то одно, то другое весло поднимало фонтан. Быть может, так и
пристало возвращаться домой герою, чье тело лежало всего в нескольких ярдах
от Хорнблауэра. Они обогнули изгиб реки, свежий ветер с силой ударил в
кормовую надстройку, и баржа начала дрейфовать.
- Налегай, что есть мочи! - заорал Хорнблауэр, позабыв про всякую
торжественность.
Гребцы сжали зубы и, скалясь от напряжения, налегли на весла,
выталкивая упрямую барку вперед. Ветер, дувший прямо навстречу приливу,
поднимал вполне солидные волны, и барка подпрыгивала на них, то ныряя носом,
то круто идя вверх, кренясь из стороны в сторону словно рыбачий баркас в
штормовом море. Трудно было устоять на корме, трудно было удержать курс.
И... Когда барка наклонилась носом, Хорнблауэр услышал, как вода шумно
переливается вперед.
- Вы до сих пор не оторвали настил, мистер Хоррокс? - Хорнблауэр
старался говорить под навес, и вместе с тем не нагибаться на глазах у толпы.
В эту самую минуту раздался треск, и Хоррокс выглянул из-за занавески.