Сесил Скотт Форестер. Хорблауэр и "Атропа" -
86 >
следующего приказа. Хорнблауэр догадывался, что они, несмотря на холод,
обливаются потом. Так из них быстрее выветрится лондонское пиво, но и
загонять их совсем не стоит.
- Пять минут отдых, - сказал Хорнблауэр. - Да, мистер Джонс, вам стоит
поставить надежного офицера, у фок-сей-талей.
- Есть, сэр.
Хорнблауэр отвернулся, чтоб не мешать Джонсу. Пытаясь согреться, он
заходил по палубе. Часы он по-прежнему держал в руке, просто потому, что
забыл их убрать. Он остановился у борта и взглянул на черную воду. Что это
плывет рядом с судном? Что-то длинное и темное. Пока Хорнблауэр смотрел, оно
ударилось о борт под грот-русленем и медленно повернулось, увлекаемое
отливом. Это было весло. Хорнблауэром овладело любопытство. Конечно, на
тесной якорной стоянке неудивительно встретить плывущее весло, и все же...
- Старшина-рулевой, - сказал Хорнблауэр. - Встаньте на бизань-руслень с
тросом и выловите это весло.
Весло оказалось самое обычное. Кожаная манжета потерта - оно явно не
новое. С другой стороны, кожа не совсем намокла, значит, весло недолго
пробыло в воде - минуты, а не дни. На вальке было выжжено "27", и это
заставило Хорнблауэра вглядеться попристальнее. Нижняя палочка у семерки
перечеркнута. Ни один англичанин не напишет так цифру 7. А вот на континенте
так пишут все - датчане, шведы и норвежцы, русские и прусаки - жители
нейтральных или союзных Англии государств. Но французы или немцы, враги
Англии, пишут семерку так же.
И он действительно слышал что-то, похожее на выстрел. Весло и выстрел
составляли труднообъяснимую комбинацию - если они, конечно, связаны между
собой. Хорнблауэр по-прежнему держал в руке часы. Выстрел - если это был
выстрел - прозвучал как раз перед тем, как он скомандовал отдыхать, семь или
восемь минут назад. Скорость отлива два узла. Если выстрел заставил кого-то
выронить весло, это произошло примерно в четверти мили - в двух кабельтовых
- по направлению отлива. Старшина-рулевой, по-прежнему держа весло,