Тесс -
26 >
опоясанный земляными валами. Отсюда на большом протяжении дорога шла под уклон. Они влезли на передок повозки, и Абрэхэм о чем-то задумался. - Тэсс! - помолчав, начал он в виде вступления. - Что, Абрэхэм? - Ты не рада, что мы стали благородными? - Не очень. - Но ты рада, что выйдешь замуж за джентльмена? - Что? - спросила Тэсс, подняв голову. - Что наша знатная родня поможет тебе выйти замуж за джентльмена. - Мне? Наша знатная родня? У нас нет такой родни. Что это взбрело тебе в голову? - Я слышал, как об этом говорили у Ролливера, когда я пришел за отцом. В Трэнтридже живет богатая дама, наша родственница, и мать говорит, что, если ты пойдешь и скажешь ей о нашем родстве, она тебе поможет выйти замуж за джентльмена. Его сестра вдруг умолкла и погрузилась в глубокую задумчивость. Абрэхэм продолжал болтать - не столько для удовольствия слушателя, сколько для собственного удовольствия, и на рассеянность сестры он не обращал внимания. Прислонившись спиной к ульям и подняв лицо к небу, он заговорил о звездах, которые холодно мерцали среди черной пустоты, бесстрастно чуждые этим двум огонькам человеческой жизни. Он спросил, далеко ли до этих светильников и пребывает ли бог по другую их сторону. Но в детской своей болтовне он поминутно возвращался к тому, что затронуло его воображение глубже, чем чудеса мироздания. Если Тэсс разбогатеет, выйдя замуж за джентльмена, хватит ли у нее денег, чтобы купить большую подзорную трубу, в которую звезды видны будут не хуже, чем Нетлком-Таут? Это новое обращение к теме, словно заразившей всю семью, вывело Тэсс из терпения. - Ну, довольно об этом! - воскликнула она. - Ты говорила, что звезды - это миры, Тэсс? - Да. - И все такие же, как наш? - Не знаю, но думаю, что такие же. Иногда они похожи на яблоки с нашей яблони. Почти все красивые, крепкие, но есть и подгнившие. - А мы на каком живем - на красивом или на подгнившем? - На подгнившем.