Герман Кестен. Казанова -
85 >
превратные представления о способностях молодых итальянцев. Если
б он сам был моложе... Зачем он засмотрелся на нос хиотинки? Надо
всегда стремиться к центру!
"Она же девственна!", вскричал Казанова. Бонневаль хохотал.
Хиотинки знамениты своим искусством казаться девственницами.
Юсуф Али не забыл на прощание приготовить богатые подарки,
подарки сделал ему и эфенди.
На Корфу губернатор острова господин Андреас Дольфин обещал
при первой возможности сделать его лейтенантом. Именем Венеции
Дольфин правил неограниченно и с большим великолепием. Ему было
пятьдесят семь, но Казанове он не нравился и за это он сделал его
семидесятилетним. Дольфин любил получать комплименты дам,
Ежедневно он принимал за столом двадцать четыре персоны, при этом
кокоток и шулеров.
Командир полка господин да Рива - Д. Р., как следуя
литературной сдержанности называет его Казанова в воспоминаниях -
сделал его своим адъютантом, дал комнату в своем доме и
солдата-денщика, крестьянина из Пикардии, пьяницу и мота, который
едва мог накарябать свое имя. Но он был хорошим парикмахером,
знал массу двусмысленных анекдотов, и Казанова учился у него
языку французского народа.
Казанова промотал турецкие подарки за пятьсот цехинов, а свои
же заложенные ценные вещи выкупил и продал; так хотелось ему
стать умным игроком. Он дал эти деньги профессиональному игроку
по имени Мароли (или Марулли), тому самому, которому когда-то
проиграл. На этот раз они играли совместно. Казанова становился
крупье, когда Маролли отказывался. Чаще крупье был Маролли, а
Казанова держал карту, так как Маролли не любил выдавать свои
карточные приемы.
Казанова внушал доверие. На выигрыше он не был жадным, а
проигрывал со смехом. Своей любезностью он нравился игрокам.
Шулер должен выглядеть честным. Так Казанова в двадцать лет стал
профессиональным игроком, а Мароли его учителем в тех областях,
без знания которых нельзя участвовать в азартных играх.