Феликс Дан. Схватка за Рим -
28 >
овладела мною. С той ночи образ . его беспрестанно преследовал меня и во
время пира, и в совете, на охоте, в церкви, на яву и во сне. Тогда Кассиодор
стал приводить ко мне епископов, священников. Но они не могли помочь мне.
Они слушали мою исповедь, видели мое раскаяние, мою веру и прощали мне все
грехи. Но я не находил покоя, и хотя они прощали меня, но я сам не мог
простить себе. Не знаю, быть может, это говорит во мне старый дух моих
языческих предков, но я не могу скрыться за крестом перед тенью убитого
мною: Я не могу поверить, что кровь безгрешного Бога, умершего на кресте,
смоет с меня мое кровавое преступление. Лицо Гильдебранда засветилось
радостью.
-- Вот и я -- ты ведь знаешь -- никогда не мог поверить этим попам.
Скажи, о скажи, ведь ты веришь еще в Одина и Тора? Они помогли тебе? Король
с улыбкой покачал головой.
[*Языческие боги древних германцев. **Валгалла -- чертог бога Одина,
где пируют воины, погибшие в сражениях.]
-- Нет, мой старый, неисправимый язычник. Твоя Валгалла уже погибла.
Слушай, что помогло мне. Вчера я отослал прочь епископа и глубоко погрузился
сам в себя, я всею душой молился Богу, и мне стало спокойнее. И видишь,
ночью я спал так хорошо и крепко, как много месяцев уже не спал. И когда я
проснулся, во мне уже не было прежней тоски. На душе у меня было легко и
ясно. Я думал: преступление совершено мною, и никакое милосердие, никакое
чудо Господа не может уничтожить его. Хорошо, я должен понести наказание. И
если Он -- гневный Бог Моисея, то Он отомстит за Себя и накажет не только
меня, но и дом мой до седьмого колена. И я подчиняюсь, я и мой род, этому
гневу Божию. Если Он даже и погубит всех нас, Он будет справедлив. Но именно
потому, что Он справедлив, Он не может наказывать за мою вину весь
благородный народ готов. Он не может погубить их из-за преступления их
короля. Нет, Он этого не сделает. И если когда-либо народ этот и погибнет,
