Новая история

33 >

видны из окон, и сенаторы принесли клятву.
     Тогда, приказав страже никого  не выпускать  из здания, он отправился в
амфитеатр,  куда  уже  были  собраны  простые   граждане  Рима.  В  горячей,
воодушевленной  речи  начал  он убеждать  их  признать власть Аталариха.  Он
перечислил им все благодеяния Теодориха, обещал такое же кроткое правление и
со  стороны Аталариха  и  его правительницы-матери, указал  на то,  что  вся
Италия и  даже  знатные  римляне уже  присягнули ему, и наконец,  что первой
правительственной мерой Амаласунты является указ о даровой раздаче  хлеба  и
вина всему бедному  населению  Рима. В заключение он  объявил  о семидневных
состязаниях  в цирке за его  счет:  играми он желает отпразновать вступление
Аталариха  на престол  и свое назначение  префектом  Рима. Тысячи голосов  в
восторге  прокричали  имена Аталариха и  Амаласунты,  но  еще громче  -- имя
нового префекта. После этого народ разошелся вполне довольный, патриции были
выпущены из  сената, и Рим подчинился готам.  Цетег возвратился  домой и сел
писать  сообщение Амаласунте. Но едва он начал, как услышал торопливые шаги.
Быстро спрятав в ящик  стола начатое письмо, префект встал и пошел навстречу
гостям.
     -- А, освободители отечества! -- улыбаясь, приветствовал он их.
     -- Бесстыдный  изменник!  -- вскричал в ответ Лициний, вынимая  меч  из
ножен.
     -- Нет,  подожди, пусть  оправдывается,  если может, -- прервал Сцевола
своего горячего друга, удерживая его руку.
     --  Конечно, пусть  оправдывается.  Мог ли  он  отпасть от  дела святой
церкви! -- подтвердил Сильверий, взгляд которого выражал полное недоумение.
     -- Мог ли! -- вскричал Лициний. -- Да разве он не изменил нам, разве не
привел народ к присяге новому королю, разве...
     -- Разве  не запер триста знатнейших  патрициев в сенате, точно мышей в
мышеловке? -- продолжал в его тоне Цетег.
     --  Да он смеется  над  нами!  Неужели вы стерпите это? -- задыхаясь от
гнева, вскричал Лициний.
     Даже Сцевола побледнел.

Следующая

33 >