Феликс Дан. Схватка за Рим -
67 >
не было разумно, но мы и народ готов, уважаем кровь Амалунгов и признали это
желание короля, который был некогда мудр. Но никогда не желал Теодорих, и
никогда не согласились бы мы, чтобы после мальчика нами управляла женщина,
чтобы прялка властвовала над мечом.
-- Так вы отказываетесь признать меня своей королевой? -- спросила
Амаласунта.
-- Нет, не отказываемся, -- ответил Тулун. -- Пока еще не отказываемся.
Я сказал это только потому, что ты ссылаешься на свое право, а между тем ты
этого права не имеешь и должна это знать. Мы уважаем благородство твоей
крови. Если бы в настоящее время мы лишили тебя короны, то в государстве шел
бы раскол. Я предложу тебе условия, на которых ты можешь сохранить корону.
Амаласунта страдала невыносимо, даже слезы выступили на глазах. С каким
удовольствием предала бы она палачу гордую голову человека, осмелившегося
так говорить с нею! Но она бессильна и должна была молча терпеть. Она только
опустилась в изнеможении на трон.
-- Соглашайся на все! -- быстро шепнул ей Цетег. -- Сегодня ночью
придет Помпоний.
-- Говори, -- сказал Кассиодор, -- но пощади женщину, варвар.
-- Э, -- засмеялся Пицта, -- да ведь она сама не хочет, чтобы к ней
относились, как к женщине: она ведь наш король!
-- Оставь, брат, -- остановил его Тулун. -- В ней такая же благородная
кровь, как и в нас.
И затем, обращаясь к Амаласунте, начал:
-- Во-первых, ты удалишь от себя префекта Рима -- он враг готов. Его
место займет граф Витихис.
-- Согласна! -- вскричал сам префект, вместо королевы.
-- Во-вторых, ты объявишь, что ни одно твое распоряжение, с которым не
согласится граф Витихис, не будет иметь силы, ни один новый закон не может
быть издан без согласия народного собрания.
Регентша с гневом хотела возразить, но Цетег удержал ее:
-- Сегодня ночью здесь будет Помпоний, -- прошептал он ей и затем
крикнул: -- Согласна!
-- В-третьих, -- продолжал Тулун, -- мы, трое Балтов, не привыкли гнуть