Феликс Дан. Схватка за Рим -
82 >
повиноваться львов и тигров!.. Одним словом, Амаласунта умрет.
-- Хорошо, -- ответил Петр. -- Но не от моей руки. У тебя много
кровожадных слуг. Посылай их. Я -- человек слова.
-- Нет, милый, ты, именно ты, мой враг, сделаешь это, потому что
преданных мне людей, наверно, заподозрят.
-- Феодора, -- забывшись, сказал Петр, -- но если будет умерщвлена дочь
Теодориха, королева по праву рождения...
-- А, несчастный! И ты тоже ослеплен этой королевой! Слушай, Петр: в
тот день, когда будет получена весть о смерти Амаласунты, ты будешь римским
сенатором.
Глаза старика блеснули. Но трусость или совесть одержали верх.
-- Нет, -- решительно ответил он. -- Лучше я покину двор и оставлю все
надежды.
-- Но ты умрешь, несчастный, -- с гневом вскричала императрица. -- О,
воображаешь ли ты, что теперь свободен и в безопасности, что я сожгла тогда
фальшивые документы? О, глупец! Да ведь сгорели не те. Вот смотри: твоя
жизнь все еще в моих руках.
И она вынула из стола пачку пожелтевших документов. При виде их Петр в
ужасе опустился на колени.
-- Приказывай, -- прошептал он, -- я все исполню.
-- То-то же! -- ответила Феодора. -- Подними мое письмо к Амаласунте и
помни: звание патриция -- если она умрет, пытка и смерть -- если она
останется жива. Теперь уходи.
ГЛАВА VI
(Задумчиво сидел Цетег в своем кабинете с письмом в руках. Письмо снова
было от Юлия. Вот что писал юноша:
"Цетегу, префекту, Юлий Монтан.
Твой холодный ответ на сообщение о моем новом счастье сильно огорчил
меня сначала, но затем еще более возвысил это счастье, хотя ты этого не мог
ни предвидеть, ни желать. Страдание, причиненное тобой, вскоре сменилось
состраданием к тебе. Горе человеку, который так богато одарен умом и так
беден добротой сердца! Горе человеку, который неспособен испытать готовность
на жертвы из любви к ближнему, который не знает сострадания! Горе тебе, не
знающему лучшего в мире!
Прости, что я говорю так свободно, как никогда не говорил с тобой. Но