Феликс Дан. Схватка за Рим -
87 >
римлянам? Императору, предшественники которого сожгли священный Сион и
разрушили храм Господа? И ты, сын благочестивого Манасии, будешь строить
храм для неверных? Горе, горе тебе!
-- Что ты призываешь горе, не зная, за что? Разве золото из рук
христианина хуже блестит или меньше весит, чем из рук иудея?
-- Сын Манасии, нельзя служить Богу и мамоне!
-- А ты сам, разве ты не служишь неверным? Разве ты не охраняешь для
них ворота этого города?
-- Да, -- с гордостью сказал старик, -- я делаю это и охраняю для них
верно, день и ночь, как собака дом хозяина, и, пока старый Исаак жив, ни
один враг этого народа не пройдет через эти ворота. Потому что дети Израиля
обязаны глубокой благодарностью этому народу и великому королю их, который
был также мудр, как Соломон, и храбр, как Давид. Римляне разрушили храм
Господа и рассеяли нас по всей земле. Они сожгли и разграбили наши священные
города, врывались в наши дома, уводили наших жен и дочерей, издавали против
нас суровые законы. И вот пришел великий король с севера и снова отстроил
наши синагоги, а когда римляне разрушали их, он заставлял их исправлять
собственными руками и на их же деньги. Он обеспечил нам домашний мир, и кто
оскорблял израильтянина, должен был нести такое же наказание, как если бы
оскорбил христианина. Он оставил нам нашу веру, охранял нашу торговлю, и мы
при нем в первый раз со времени разрушения нашего храма отпраздновали пасху
в мире и радости. И когда один знатный римлянин похитил мою жену Сару,
король Теодорих в тот же день велел отрубить гордую голову и возвратил мне
мою жену невредимой. И я вою жизнь буду помнить это и буду служить этому
народу верно до смерти.
-- Не пришлось бы тебе пожать неблагодарность за эту верность, --
сказал Иохим, направляясь к выходу. -- Мне кажется, что наступит время,
когда я снова приду просить у тебя Мирьям, и, быть может, тогда ты не будешь
так горд.
Он ушел, а вслед за тем в комнату вошел Тотила и за ним -- Мирьям.