Феликс Дан. Схватка за Рим -
95 >
отправишься гостить во Флоренцию, жена герцога Гунтариса приглашает тебя.
Граф Арагад будет сопровождать тебя туда. Можешь уйти. Время заставит тебя
уступить.
-- Меня? -- гордо выпрямляясь, сказала Матасунта. -- Решение мое
непоколебимо!
И она вышла. Молча смотрела регентша ей вслед.
-- Стремление к власти? Нет, не одно оно наполняет мою душу. Я люблю
корону только потому, что чувствую, что могу управлять этим государством и
сделать его счастливым. И, конечно, если бы это понадобилось для блага моего
народа, -- я пожертвовала бы и жизнью, и короной... Так ли, Амаласунта? -- с
сомнением спросила она сама себя и задумалась.
В комнату между тем вошел Кассиодор. Выражение лица его было такое
страдальческое, что Амаласунта испугалась.
-- Ты несешь весть о несчастии! -- вскричала она.
-- Нет, я хочу задать только один вопрос.
-- Какой?
-- Королева, -- начал старик, -- я тридцать лет служил твоему отцу и
тебе, служил верно, с усердием. Я -- римлянин -- служил готам, варварам,
потому что уважал ваши добродетели и верил, что Италия, неспособная более к
самостоятельности, безопаснее всего может существовать под вашим
владычеством, потому что ваша власть была справедлива и кротка. Я продолжал
служить вам и после того, как пролилась кровь моих лучших друзей -- Боэция и
Симмаха, кровь невинная, как я думаю. Но их смерть не была убийством, -- они
были открыто осуждены. Теперь же...
-- Ну, что же теперь? -- гордо спросила королева.
-- Теперь я прихожу к тебе, моему старому другу, могу сказать, к моей
ученице...
-- Да, ты можешь это сказать, -- мягче сказала Амаласунта.
-- К благородной дочери великого Теодориха за одним маленьким
словечком. Если ты сможешь мне ответить "да" -- я буду продолжать служить
тебе с той же преданностью до самой смерти.
-- Что же ты хочешь спросить?
-- Амаласунта, ты знаешь, что я был далеко на северной границе. Вдруг
разнеслась эта ужасная весть о трех герцогах. Я бросил все и поторопился