Феликс Дан. Аттила -
10 >
-- Если и так, -- с необузданной горячностью вскричал Дагхар, -- то
все-таки мы должны попытаться! Узнай то, о чем я умолчал при посторонних. Мы
должны действовать, и немедля!
-- Почему?
-- Потому... потому... потому что речь идет о твоей дочери!
-- Ильдихо? Причем тут она?
-- Сын его видел ее и...
-- Который?
-- Эллак. Он посетил твой дом, пока ты был у нас на охоте.
-- Кто сказал тебе? Не он же сам?
-- Она...
-- А мне ни слова!
-- Она не хотела пугать тебя заранее, -- сказал юноша, -- ты ведь
знаешь ее твердость! И быть может, как она сказала, без причины. Но этой
причины достаточно для нас. Он видел прекраснейшую из всех германских
девушек и пожелал сделать ее своею: да и кто из видевших ее не пожелал бы
того же? Он хотел...
-- Ильдихо? Мое дитя! Пойдем! Поспешим! Домой! Скорее!
Они быстро пошли к остроконечной западной части острова, где на
тенистом берегу лежал грубый бревенчатый плот. Дагхар быстро спустил его на
воду, оба вскочили на него, и он стрелою помчался по течению. Юноша спереди
подталкивал его длинным шестом, то справа, то слева, а на другом конце
старик правил широким рулем, держа курс к правому южному берегу. Оба были
возбуждены, полны нетерпения и торопились домой.
Когда вдали замерли слабые всплески руля, прежняя глубокая тишина снова
легла на реку и на опустевший островок.
Прошло немного времени, безмолвие не нарушалось.
* * *
Внезапно широкий ствол ивы, под которой совещались германцы, как будто
вырос: между верхними ветвями дерева показалась темная фигура.
Сначала стала видна голова в шлеме, затем широкоплечий стан без плаща,
двумя сильными руками опиравшийся о верхушку дерева. Фигура чутко
прислушалась и зорко осмотрелась кругом; но все было тихо, и через несколько
минут из дупла на землю спрыгнул человек. За ним соскользнули еще двое.
-- Не прав ли я был, о господин? -- с юношеским жаром вскричал один из