Феликс Дан. Аттила -
39 >
сторону германцев, настолько же они возбуждают его против них. И он охотнее
слушает их, нежели меня... Зато он очень привязан...
-- К злому мальчишке Эрнаку и чудовищу Дженгизицу! -- вскричал Дагхар.
-- Горе нам, когда они будут править нами, -- прибавил Визигаст.
-- Этого никогда не будет! -- рассмеялся Дагхар. Эллак смерил его
строгим взглядом.
-- Почему не будет, безрассудный юноша?
-- Потому что прежде... потому что еще раньше...
-- Молчи, Дагхар! -- вмешался король. -- Потому что мы будем просить
Аттилу при разделении царства между его наследниками, -- а ведь у него
больше ста сыновей! -- чтобы нас, германцев, он отдал бы тебе...
-- Вот этого так не будет! -- покачал головою Эллак. -- Братья
позавидовали бы такой большой доле для меня! Да, кроме того, Дженгизиц уже
выпросил себе у царя некоторых из ваших племен.
-- Зачем? -- спросил Визигаст. -- Ведь он ненавидит нас?
-- Именно поэтому Аттила и согласился на его просьбу.
-- Горе народам под его владычеством! Он бесчеловечен! -- произнес
король.
-- Словом, он истинный гунн! -- сказал с презрением Дагхар.
-- Скир! -- воскликнул Эллак сдержанно, но с угрозой.
-- Прости ему, -- попросила Ильдихо, -- он не может обидеть тебя, ведь
ты наполовину наш соплеменник.
-- А Дженгизиц, -- гневно продолжал Дагхар, -- так это уже чистокровный
гунн! Гордость и украшение своего народа.
-- Оттого-то отец и любит его, -- печально сказал Эллак.
-- Да откуда гуннам знать человеческое милосердие, когда они сами
нелюди? -- горячился Дагхар.
-- Что ты говоришь? -- спросил Эллак.
-- Предание это известно всем германцам, и оно не выдумка.
-- Я знаю его. Позади тебя, Дагхар, на дереве висит твоя арфа. Спой
мне, прошу тебя, сагу о происхождении гуннов, -- и Эллак подал ему маленькую
треугольную арфу.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Дагхар ударил по струнам и запел любимую германцами сагу. Все
германские племена, говорилось в ней, произошли от светлых богов. Одни лишь