Феликс Дан. Аттила -
47 >
со своего неоседланного, как у всех гуннов, коня, но соскочил не на землю, а
на затылок преклонившегося перед ним немецкого вождя, на очередь которого
теперь приходилась эта честь.
Кругом толпилась необозримая масса германцев, славян, финнов, гуннов,
римлян и греков, сбежавшихся со всего лагеря. Многие из толпы простирали
руки к царю, прося у него суда или защиты.
Аттила стоял серьезный и неподвижный. По его знаку, тесно окружавшая
его пешая гуннская стража, образовав из вытянутых копий узкий проход, начала
пропускать к нему по одиночке просителей, предварительно отнимая у них
оружие и обыскивая.
Допущенные просители бросались ниц перед Аттилой, целовали его босые
ноги и излагали свои жалобы или просьбы: большей частью он тут же решал все
дела, и многие, уходя, осыпали его горячими благодарностями.
Но вот к нему приблизился богато одетый вождь гуннов, перед которым
стража почтительно расступилась, и глубоко преклонился перед царем.
-- Господин, прости раба твоего за то, что он осмеливается обратиться к
тебе с просьбой, -- сказал он.
-- Это ты, мой верный Эцендрул, раздавивший копытами своих коней все
племя амильцуров! Проси, чего хочешь, и я исполню твою просьбу.
-- Один из охотников рассказал мне, когда мы поймали в западню того
чудовищного буйвола, что ты можешь...
-- Для тебя я сделаю это охотно. Приведите сюда исполина болот.
Оруженосцы, принесите мой самый тяжелый топор!
Народ отхлынул в сторону при виде громадного зверя, которого с трудом
тащили тридцать охотников. Ноги гигантского буйвола были крепко опутаны
толстыми веревками. На громадной голове надет был кожаный мешок с
отверстиями для длинных сильных рогов. Внезапно измученное животное
наклонило могучую шею с щетинистой гривой, испустило грозный рев и в то же
мгновение высоко вздернуло голову с такой силой, что гунны как мячи отлетели
в разные стороны.
Но их место тотчас же было занято бросившейся на буйвола толпой, и