Феликс Дан. Аттила -
5 >
-- И это все? -- нетерпеливо спросил Дагхар.
-- Все, что он получает от меня!
-- Но неужели, друг Ардарих, -- заговорил король Визигаст, -- ты не
жалеешь своих соплеменников, соседей, друзей? Правда, что доселе он щадил
права гепидов и остготов и соблюдал договоры с ними. Но мы, все остальные?
Мои руги, Дагомутовы скиры, герулы, туркилинги, лангобарды, квады,
маркоманны, туринги, твои швабы, Гервальт, -- разве он не считает своею
величайшею радостью произвольно нарушать всякие договоры, даже с теми из
нас, которые всегда оставались верны ему? Вас он почитает, награждает
богатыми дарами, отдает вам долю в добыче, за которую вы даже не сражались,
а нас он только угнетает и отнимает у нас нашу собственность. Как ты
думаешь, разве все это не возбуждает ненависть и зависть?
-- Конечно, это неизбежно, -- вздохнул Ардарих, разглаживая седую
бороду.
-- Он поступает так, -- продолжал король ругов, -- с целью довести нас
до отчаяния и восстания.
-- Чтобы вернее уничтожить вас, -- печально подтвердил Ардарих.
-- К этому он добавляет еще оскорбления и позор. Так, в придачу к
обычной ежегодной дани тюрингов, состоящей из трехсот коней, трехсот коров и
трехсот свиней, он потребовал прибавку из трехсот девушек.
-- Я убью его за эту обиду! -- громко вскричал молодой Дагхар.
-- Не удастся, горячая голова, -- возразил Гервальт, -- ты и не
подойдешь к нему. Его гунны повсюду и всегда окружают его тесною толпою, как
пчелы улей.
-- А храбрые тюринги согласились на это? -- спросил король Ардарих.
-- Не знаю, -- продолжал Визигаст. -- Да, несколько лет назад надежда
проснулась было в сердцах трепещущих народов! Помнишь, друг Ардарих, когда
течение той реки в Галлии остановлено было массою трупов, и волны ее залили
берега кровавым потоком?
-- Помню ли я? -- простонал гепид. -- Двенадцать тысяч моих гепидов
легли на поле битвы.
-- Тогда он впервые вынужден был отступить.