Феликс Дан. Аттила -
52 >
трупа убитого женщиною человека исходит гибель и несчастие на всех
окружающих, и гунны бегут от таких мертвых, как от чумы. И тебе должно быть
также известно, что по нашему древнему верованию проклятие падает не только
на убитого женщиною, но и на его сыновей! И несмотря на это все верят в
тебя!
Аттила плотнее закутался в свой широкий плащ и съежился, точно от
внезапного холода.
-- Но ведь одного сына проклятие уже постигло, -- заметил он, --
неужели и другой не избегнет его? Нет! Предопределение уже исполнилось, рок
удовлетворен. Я в безопасности... -- Аттила на мгновение закрыл глаза, но
затем снова серьезно продолжал.
-- Впрочем, оставим это. Я расскажу тебе о смерти Бледы. После раздела
отцовского царства на две равные части, в течение нескольких лет мы
управляли нашими государствами согласно, сохраняя мир с соседями и удачно
отражая единичные набеги неприятеля. Но при таком порядке вещей могущество и
военная сила гуннов быстро умалялись. Тщетно подстрекал я брата к войне с
Византией, Равенной или готами. Он пропускал все удобные для нашего
вмешательства по-
воды и случаи. К тому же один я, с моим половинным царством, был
недостаточно силен для осуществления моих планов. При этом часто осаждаемые
мною племена обращались за защитою к брату, и он удерживал мой занесенный
меч. Долгое время переносил я это с глухим негодованием, и наконец Бог
избавил меня от него. Однажды я снова убеждал его напасть на Византию,
победа наша была бы несомненна. Он отказался.
-- Хорошо же, -- гневно вскричал я, -- я отправлюсь один.
-- Ты слишком слаб для этого, -- возразил он.
-- Посмотрим, -- сказал я и повернулся, чтобы уйти. Он пригрозил мне, и
это было его погибелью!
-- Я уже давно раскаиваюсь в том, -- произнес он, -- что отдал тебе
половину царства, вместо того чтобы как старшему быть единым повелителем
наследия нашего отца! Если ты не обуздаешь своих кровожадных стремлений, то