Феликс Дан. Аттила -
54 >
-- Мне тошно, -- отвечал я. -- как от запаха гнилого мяса. Лучше бы их
вовсе не было, если они не могут быть иными!
-- Ты говоришь истину, и тебе предназначено быть исполнителем
божественного провидения, -- сказал бог. -- Аттила, сын Мунчука! Твои гунны
слабее всех этих народов, но они многочисленны, как степной песок, и
покорны, как псы охотнику. Тебе же они будут повиноваться с быстротой и
точностью спущенной с тетивы стрелы. Жатва созрела: хочешь ты быть моим
жнецом? Восстань, Аттила! Тысячелетние святотатства римлян взывают ко мне о
мести. Я -- Бог мщения, хочешь ли ты быть моим мечом? Так сбрось с себя
теперь же все, что есть в тебе человеческого, то есть слабого, и сделайся
непреклонен, как Мой меч, служи только моей воле и безжалостно уничтожай
тысячи тысяч детей, женщин и стариков. Я же сделаю имя твое великим перед
королями и повергну под ноги твои все страны мира. Тебя же люди прозовут
бичом Бога мщения, и ты будешь для них славой и позором, проклятием и
гордостью. Можешь ли ты слепо исполнить все, что я повелю тебе?
Я молчал в смущении и ужасе. Сердце мое замерло. Неужели мне придется
убивать невинных?.. Бог проник в мои колебания, и голос его страшным громом
раскатился между утесами.
-- Ты колеблешься? Ты не хочешь? Хорошо же! В Дунайском лесу около
палатки Бледы в земле зарыт мой старый победный меч. Тот, кто найдет его,
волей-неволей сделается моим непобедимым мечом. Пусть же Бледа будет
властелином мира!
И бог исчез среди грома и молний. Кругом снова настала ночь. Гора, на
которой я стоял, разверзлась под моими ногами, и я, подобно камню, быстро
полетел вниз. Кровь хлынула у меня изо рта и ноздрей. Наконец, я ощутил под
собою землю и очнулся. Во рту у меня действительно была кровь, -обильно
лившаяся из горла и из носа. Я лежал на земле перед палаткой. Припадок
горячки привел меня сюда, я чувствовал себя умирающим. Вдруг в темноте надо