Феликс Дан. Аттила -
61 >
властитель. Он был в том же костюме, в котором приехал вчера, без всяких
новых украшений.
По указанию Эдико послы остановились у дверей залы и сделали глубокий
поклон. Затем Максимин хотел взойти на ступеньки трона и лично передать
Аттиле послание императора.
Но один из гуннских князей, Эцендрул, бросившись вперед, взял из рук
посла пурпуровый папирус, столкнул патриция с нижней ступеньки, поднялся к
трону и, преклонившись, положил послание на колени царя, который продолжал
сидеть неподвижно, не дотрагиваясь до свитка.
-- Собственноручное послание императора Феодосия, -- громко произнес
снизу рассерженный Максимин.
Аттила не двигался.
-- Император желает тебе благополучия и долголетия. Медленно, взвешивая
каждое слово, Аттила отвечал:
-- Я желаю императору... то же самое... что, я знаю, он желает мне.
Доставлена ли следуемая с обеих империй дань, Эдико?
-- Да, господин, послы привезли ее.
-- Ты пересчитал?
-- Все верно до последнего солидия.
-- Хорошо, но где же подарки от императоров? -- после
многозначительного молчания, громче и жестче продолжал царь. -- Я выслушиваю
только таких послов, которые являются с дарами. Хелхаль, видел ли ты их?
Достойны они меня?
-- Никакие дары не достойны твоего величия, господин. Но, соображаясь с
посредственным достоинством обоих дарителей, они удовлетворительны.
-- Раздели их между моими князьями, не забудь Ардариха и Валамера.
Также Визигаста! Включи в их число и пламенного героя, юного сына короля
скиров, знаменитого певца и арфиста! Пусть каждый получит по заслугам! Но
что это? -- И лицо его внезапно омрачилось. -- Я вижу среди послов из
Византии знакомое лицо, вон тот маленький, что стоит в стороне от других.
И он с угрозой посмотрел на Вигилия, уже сразу замеченного им при входе
послов.
-- Я уже однажды имел счастье в качестве толмача... -- начал испуганный
Вигилий.
-- Как зовут эту жабу, Эдико?