Феликс Дан. Аттила -
75 >
-- Подарки Аттилы для вас, -- пояснил Эдико и, откинув крышу одной из
повозок, указал на высокую кучу мехов. -- Смотрите, это драгоценнейшие меха,
которые у нас носят только князья. Но погодите! Вас ожидает еще подарок, и
мне поручено было позаботиться о нем. Я также должен проводить вас до
границы.
-- А где Вигилий?
-- Он уже отослан вперед! -- отвечал Хелхаль, который должен был
составлять почетную свиту послов, хотя и на небольшое расстояние. --
Господин наш полагал, что вам неприятно будет ехать вместе со связанным
предателем.
-- Право, этот варвар непостижим. Он полон противоречий, -- сказал
Максимин Приску, -- то он жаден на золото не меньше византийского фискала,
то щедр до величия. Он меня положительно изумляет. Я предложил ему выкуп в
500 золотых за вдову моего друга, префекта Ратиарии, взятую гуннами в плен
вместе с детьми, но он только серьезно посмотрел на меня и отдал мне всю
семью, отказавшись от выкупа. Что побуждает этого корыстолюбца к таким
поступкам?
-- Ты понравился ему, старик, -- сказал Эдико, слышавший последние
слова, -- и он не хотел уступить тебе в великодушии. У него много
недостатков, но мелочности в нем нет. Он велик даже в своих заблуждениях!
Подъехав в сопровождении Эдико и Хелхаля к южным воротам лагеря, послы
были встречены большой толпою мужчин, женщин и детей, радостно
приветствовавших их восклицаниями на латинском и греческом языках.
-- Что это за люди? -- с изумлением спросил Максимин. -- Судя по одежде
и языку это римляне?
-- Да, римляне, -- отвечал Эдико, -- триста пятьдесят человек,
доставшихся на долю личной добычи господина. Он отпускает их в честь тебя,
Максимин. Ты сам должен возвратить их отечеству и свободе. Он полагал, что
это будет для тебя самым дорогим подарком.
-- Да здравствует Аттила! Да здравствует великодушный! -- кричала
ликующая толпа.
-- Странно, -- произнес Приск, -- мы вступили сюда с проклятиями этому