Роберт Грэйвс. Я, Клавдий -
20 >
воспитывали вместе с дядей Тиберием, который был старше отца на четыре года.
Когда дети подросли и стали что-то понимать, дед взял их воспитание в свои
руки, а не отдаст их наставнику, как было принято в те времена. Он упорно
внедрял в них ненависть к тирании и преданность старинным идеалам
справедливости, свободы и добродетели. Бабка Ливия никак не могла
примириться с тем, что сыновей забрали из-под ее опеки, хотя они ежедневно
навещали ее во дворце Августа, находившемся по соседству с их родным домом
на Палатинском холме, а когда она узнала, в каком духе дед их воспитывает,
ее это сильно обеспокоило.
33 г. до н.э.
Дед внезапно умер во время обеда с друзьями, и возникло подозрение, что
его отравили, но дело это замяли, так как в числе гостей были Ливия и
Август. В завещании дед просил Августа взять его сыновей под свое
покровительство. Тиберий, которому в то время было всего девять лет,
произнес на похоронах отца надгробную речь.
Август горячо любил свою сестру Октавию и был весьма огорчен, когда --
вскоре после свадьбы -- узнал, что Антоний, отправившись на Восток
завоевывать Парфию, остановился по пути в Египте и возобновил свою связь с
египетской царицей Клеопатрой. Еще больше он огорчился по поводу
оскорбительного письма, полученного Октавией от Антония, когда она в
следующем году покинула Рим, чтобы помочь ему в его военной кампании
деньгами и солдатами. В письме, которое догнало ее на полпути, ей холодно
приказывалось вернуться в Рим и заниматься домашними делами; однако деньги и
солдат Антоний принял. Ливия в глубине души была всем этим очень довольна,
так как уже в течение долгого времени прилагала усилия, чтобы посеять между
Августом и Антонием вражду, а Октавия столь же усердно старалась все
недоразумения сгладить. Когда Октавия вернулась в Рим, Ливия попросила
Августа предложить ей оставить дом мужа и поселиться у них во дворце.