Роберт Грэйвс. Я, Клавдий -
23 >
оставалась ему верна, так как не была от природы чувственна и вожделела
одного -- власти, и Август был так ей за это благодарен, что позволил
руководить собой во всех государственных и личных делах. Старые дворцовые
слуги говорили мне по секрету, что после женитьбы на бабке Август даже не
смотрел ни на одну другую женщину. Однако по Риму ходили всевозможные слухи
о его связях с женами и дочерьми различных знатных людей, и после его
смерти, объясняя, как ей удалось полностью завладеть его чувствами, Ливия не
раз утверждала, будто причиной тому была не только верность, но и то, что
она никогда не препятствовала его временным увлечениям. Я полагаю, она сама
распускала все эти слухи, чтобы ей было чем его упрекнуть.
Если у кого-нибудь возникнет вопрос, есть ли у меня достаточные
основания для этой любопытной истории, могу ответить. Первую ее половину,
касающуюся развода, я слышал из уст самой Ливии в год ее смерти. Остальное,
относительно импотенции Августа, я узнал от женщины по имени Брисеида,
камеристки моей матери, которая прислуживала еще бабке, и, так как ей тогда
было всего семь лет, при ней не стеснялись вести разговоры, которые, как они
полагали, она не могла понять. Я считаю, что мой рассказ соответствует
истине, и буду и дальше так считать, пока его не заменят другим, который так
же хорошо будет отвечать фактом. На мой взгляд, строка в предсказании
сивиллы о "жене не жене" подтверждает мое объяснение.
Увы, я сказал еще не все. Желая спасти доброе имя Августа, я умолчал о
том, что все же сейчас расскажу. Ибо, как говорит пословица, шила в мешке не
утаишь. Речь идет вот о чем. Ради того, чтобы укрепить свою власть над
Августом, бабка Ливия по собственному почину предоставляла в его
распоряжение красивых молодых женщин всякий раз. когда замечала, что его
одолевает вожделение. Она устраивала это втайне, не говоря Августу ничего ни
до, ни после, не давая волю ревности, которую она как законная жена должна