Роберт Грейвс. Божественный Клавдий и его жена Мессалина -
14 >
женился на его красавице сестре Иродиаде, разведенной с другим из его
дядьев. Сперва Киприда не соглашалась, так как адресовать письмо надо было
Иродиаде, державшей Антипу под башмаком, а Киприда незадолго до того
поссорилась с ней, когда та приезжала в Рим, и поклялась никогда в жизни с
ней не разговаривать. Киприда уверяла, что ей куда приятнее оставаться в
пустыне среди их диких, но гостеприимных родичей, чем унижаться перед
Иродиадой. Ирод стал угрожать, что покончит с собой, прыгнув с парапета
крепости, и умудрился убедить Киприду в непритворности своих слов, хотя я
уверен, что на свете трудно было найти человека, менее склонного расстаться
с жизнью, чем Ирод Агриппа. Так что в конце концов Киприда написала
Иродиаде.
Иродиада была польщена тем, что Киприда признала свою неправоту во
время ссоры, и убедила Антипу пригласить Ирода с женой в Галилею. Ирод был
назначен местным судьей (с небольшой годовой субсидией) в Тибериаде, новой
столице, построенной Антипой в честь императора. Но вскоре он поссорился с
Антипой, скупцом и лентяем, который заставлял Ирода остро чувствовать, сколь
многим тот ему обязан.
-- Послушай, племянник, ты ешь мой хлеб и пьешь мое вино,-- сказал
Антипа однажды на пиру, куда он пригласил Ирода и Киприду во время их
совместной поездки в Тир,-- и меня удивляет, что у тебя хватает наглости со
мной спорить.
(Ирод возражал ему по поводу некоторых пунктов римского права.)
Ирод ответил:
-- Дядя Антипа, ничего другого я и не ожидал от тебя услышать.
-- Что ты хочешь этим сказать, голубчик? -- сердито спросил Антипа.
-- А то, что ты -- провинциал и мужлан,-- ответил Ирод,-- так же мало
знакомый с хорошими манерами, как с сутью законов, которые управляют Римской
империей, и столь же мало знакомый с сутью законов, сколь скупой.
-- Ты, видно, пьян, если позволяешь себе так разговаривать со мной,--
проговорил, заикаясь, Антипа, красный как рак.