Роберт Грейвс. Божественный Клавдий и его жена Мессалина -
20 >
из тех, кто оказался вынужден прибегнуть к разводу, и в голову не приходило,
что это -- первый шаг к последующему браку. Однако Иродиада достаточно долго
прожила в Риме, чтобы ее по этому поводу мучила совесть. В Риме каждый, кто
что-нибудь собой представляет, разводится рано или поздно. (Никто, к
примеру, не назвал бы меня распутником, однако я развелся с тремя женами и,
возможно, разведусь и с четвертой.) По всему этому Иродиада была очень
непопулярна в Галилее.
Аристобул пришел к Флакку и сказал:
-- В знак признательности за мою услугу, Флакк, ты, наверно, не
поскупишься отдать мне деньги, конфискованные у дамаскцев. Они почти
полностью покроют долг Ирода -- помнишь, несколько месяцев назад я
рассказывал тебе о его мошенничестве с кораблями?
-- Аристобул,-- ответил ему Флакк,-- ты не оказал мне никакой услуги.
Напротив, ты послужил причиной разрыва между мной и самым знающим моим
советником,-- трудно выразить, как мне его недостает. Чтобы поддержать
дисциплину, я был вынужден выслать его; чтобы не уронить свою честь, я
вынужден не звать его обратно, но если бы ты не заявил во всеуслышание об
этой взятке, никто бы ничего не узнал и Ирод до сих пор помогал бы мне
разбираться в здешних запутанных делах, которые ставят в тупик простодушного
уроженца Рима, вроде меня. Это у него в крови. Я прожил на Востоке гораздо
дольше, чем он, но в тех случаях, где я лишь приблизительно догадываюсь, в
чем дело, он знает это наверняка. Интуиция.
-- А как насчет меня? -- спросил Аристобул.-- Может быть, я могу занять
его место?
-- Ты, ничтожество? -- презрительно вскричал Флакк.-- Где тебе тягаться
с Иродом! У тебя нет его чутья. И что еще важней, никогда не будет. Тебе это
известно не хуже, чем мне.
-- Ну а как насчет денег? -- спросил Аристобул.
-- Ты заслужил их еще меньше, чем Ирод. Но, чтобы между нами не
пробежала кошка, я верну их в Дамаск.
Что он и сделал. В Дамаске решили, что губернатор сошел с ума.