Роберт Грейвс. Божественный Клавдий и его жена Мессалина -
3 >
получал большую часть сведений о ближневосточных религиозных делах от своего
старого школьного товарища Ирода Агриппы, царя иудеев, который казнил Св.
Иакова и бросил в темницу Св. Петра.
Я вновь должен поблагодарить мисс Лору Райдинг за ее замечания и
предложения по поводу стилистического соответствия текста поставленной
задаче и Т. И. Шоу за вычитку корректуры. Большую помощь мне также оказала
преподавательница античной истории в Кембридже мисс Джоселин Тойнби, за что
я приношу ей свою благодарность; считаю своим долгом выразить
признательность сеньору Арнальдо Момильяно, автору монографии о Клавдии,
перевод которой был недавно выпущен издательством Оксфордского университета.
Прошло два года с тех пор, как я закончил свое долгое повествование о
том, как я, Тиберий Клавдий Друз Нерон Германик, увечный заика, которого все
его честолюбивые жестокосердные родичи считали дурачком, не стоящим того,
чтобы его казнить, отравить, толкнуть на самоубийство, отправить в изгнание
на необитаемый остров или уморить голодом -- именно так они один за другим
избавлялись друг от друга,-- умудрился пережить их всех, даже моего
безумного племянника Гая Калигулу, и в один прекрасный день неожиданно для
себя самого был благодаря капралам и сержантам гвардейской дворцовой стражи
провозглашен императором.
41 г. н.э.
На этом драматическом событии я и поставил точку, что для
профессионального историка, вроде меня, просто непростительно. Историк не
имеет права внезапно прерывать рассказ в самом кульминационном месте и
оставлять читателей в неизвестности. Строго говоря, мне следовало хоть
немного продолжить свое повествование и поведать вам, что думала вся
остальная армия по поводу столь неконституционного поступка гвардейцев, что
думал об этом сенат, какие чувства вызывала у них необходимость признать
правителем Рима такого человека, как я, от которого они не ждали ничего