Геза Гардони. Звезды Эгера -
56 >
подняв клубы пыли. - Довольно! - засмеялся Балинт Терек, быстрым движением подняв забрало. - Завтра еще сразимся, если буду дома. - И он затрясся от смеха. - Это не по чести! - заорал турок, тяжело поднимаясь на ноги. Видно было, что рука у него вывихнута. - Почему не по чести? - спросил Балинт. - Рыцарю не подобает стаскивать противника рукой. - Да ты же не рыцарь, чертов басурман! У тебя, что ль, учиться рыцарским обычаям? Вы самые обыкновенные грабители. Турок, надувшись, молчал. - Уж не считаете ли вы рыцарским турниром, когда я выхожу вот так сражаться с вами? К черту на вилы всех вас, проходимцев! - крикнул Балинт Терек и вытащил правую ногу из стремени, готовясь слезть с коня. - Господин! - вышел вперед худой седобородый турок и, плача, сказал: - Сегодня я еще раз готов схватиться с тобой. Стоявшие во дворе расхохотались. - Еще бы! Ты думаешь, что я уже устал! Ну да ладно, доставлю тебе такое удовольствие. И Балинт Терек снова надвинул шлем, который успел положить себе на колени. - Попугай, который раз ты бьешься со мной? - Семнадцатый, - плаксиво ответил турок, у которого нос действительно походил на клюв попугая. Балинт Терек снял шлем и бросил его на землю: - Вот, даю тебе поблажку! Начнем! Разница между ними была огромная: Балинт Терек - богатырь, во цвете лет, могучий и подвижной; турок - тщедушный, сутулый человек лет пятидесяти. Они сшиблись копьями. От первого же удара Балинта турок вылетел из седла и, перекувырнувшись в воздухе, свалился на песок. Все засмеялись: и слуги, и оруженосцы, и невольники. Господин Балинт кинул щит, железную перчатку и слез с коня, чтобы оруженосцы освободили его от остальных доспехов. "Попугай" поднялся с трудом. - Господин! - обратил он к Балинту Тереку окровавленное лицо и заплакал. - Отпусти меня домой. Жена и сиротка-сын два года ждут меня. - А почему же тебе дома не сиделось, басурман? - досадливо спросил