Геза Гардони. Звезды Эгера -
76 >
- Это и венгры переплывут. - Может быть. Да только Кешкин не устает. А деньги он достанет даже со дна морского. Как-то раз султан потешался на берегу Дуная - кидал в воду золотые монеты, и многие ныряли за ними. Но Кешкин поднял больше всех... Смотри, смотри-ка, старый Кален! Вон тот огромный детина, у которого нос рожком. Видите, какой широкий палаш у него на боку! В нем двадцать пять фунтов весу. В Белградской битве Кален хватил этим палашом одного венгра, рассек надвое ему голову и башку его коня. А ведь и венгр и конь были в панцирях. - Ну, а венгр соскочил, конечно, с коня и подставил ему свою голову? - Да что ж, сам я, понятно, не видал, но люди рассказывали, - виновато сказал Тулипан. Вдруг он отшатнулся. - Уж не сон ли это? Юмурджак... И правда, по дороге на невысоком гнедом коне с широким крупом ехал кривой янычар. Выражение лица у него было напряженное, одежда роскошнее, чем у других. На высоком белом колпаке развевалось огромное страусовое перо. - Ей-богу, он! - Гергей тоже с изумлением вытаращил глаза. - Да ведь рассказывали, будто отец Габор повесил его. - И я так слыхал. - А сам священник не говорил о нем? - Нет. - Ну, тут ничего не поймешь! - Тулипан был озадачен. Ошеломленный, смотрел он вслед янычару. Затем повернулся к Гергею, и они с изумлением переглянулись, словно прося объяснения друг у друга. Оба, однако, промолчали. Минут через пять школяр заговорил: - Тулипан, скажите по правде, вас не тянет больше к ним? Тулипан замотал головой. - Сидеть-то ведь лучше, чем ходить. - А все-таки... - Жена у меня хорошая, а детишек своих я не отдам за все сокровища Стамбула. Меньшой у нас красавец. А у старшенького ума больше, чем у главного муфтия. Вот намедни он спросил меня, почему у лошади рогов нет... - А шут ее знает! - ответил Гергей, рассмеявшись. Больше они и словом не перемолвились. Юноша становился все более серьезным, глядя, как по горной дороге катится бесконечный поток янычар.