Геза Гардони. Звезды Эгера -
83 >
заржавленным острием. Ее он тащил на плече. Турок был из солдат-наемников, которые шли в поход просто за добычей. Командовали этими наемниками все кому не лень, но подчинялись они только до тех пор, пока не набьют суму. Сума у этого великана была под стать ему, но пока еще тощая. Она болталась у него за спиной. Очевидно, парень сам кое-как сшил ее из воловьей шкуры, на которой уцелело даже тавро в виде разделенного на четыре части круга величиной с ладонь. От парня отвратительно пахло потом и сыромятной кожей. - Ты турок? - спросил он Гергея. - Нет! - гордо ответил юноша. - Я не принадлежу к народу, который ходит на грабежи. Великан либо не понял оскорбительного замечания, либо не отличался особой чувствительностью. Он по-прежнему шел размеренным, крупным шагом. Гергей окинул великана удивленным взглядом с ног до головы, и больше всего поразили его огромные постолы турка. Постолы были протертые и рваные. Белая дорожная пыль попадала в них спереди и точно выстрелом выхлопывалась через дыру сзади. - Грамоте знаешь? - спросил турок минут пятнадцать спустя. - Знаю, - ответил Гергей. - И писать умеешь? - Умею. - А турком стать хочешь? - Нет... Турок покачал головой. - Жаль. - Почему? - Сулейман-паша тоже был венгром. Он умел и читать и писать. А сейчас он паша. - И сражается против своей отчизны? - Он сражается за правую веру. - Если уж он считает правой веру ту, которую провозгласил ваш пророк, то хотя бы шел сражаться в другие края. - Он сражается там, где аллах велел. Разговор прекратился. Великан задумался и молча зашагал по дороге, выхлопывая пыль из своих дырявых постолов.Завечерело. На небе появились звезды. А как только дорога повернула на холм, стало казаться, будто темное поле, слившееся с темным небом, тоже усыпано красными звездами. На восточном крае его, выделяясь из всех остальных и почти соприкасаясь друг с другом, сверкали пять крупных алых