Георг Эберс. Император -
58 >
муза будет чувствовать себя как нельзя лучше, но ведь теперь она еще не
богиня. А чтобы вылепить ее, нужен свет, много света. Когда здесь будет
свет, сразу утихнет и крик людей там, внизу, который в этом пустом сарае не
особенно ласкает слух. А посему добудь света - о человек! - света для
бессмертной богини и для смертных скребущих людей.
Понтий с улыбкой взглянул вверх на художника, произнесшего эту тираду,
и сказал:
- Твой крик о помощи, друг мой, вполне обоснован. Но неужели ты
серьезно думаешь, что свет обладает способностью умерять шум?
- По крайней мере, там, где его не хватает, то есть в потемках, любой
шум кажется вдвое сильнее.
- Это верно; но тут можно привести и другие причины, - возразил
архитектор. - Завтра во время одного из перерывов мы еще потолкуем об этом.
А теперь я позабочусь о лампах и свечах.
- Тебе многим будет обязана Урания, покровительствующая также и
изящным искусствам, - крикнул Поллукс вслед архитектору.
Последний отправился к своему производителю работ, чтобы спросить,
передал ли он смотрителю дворца Керавну приказание прийти к нему, Понтию, и
доставить в его распоряжение все имеющиеся лампы и смоляные плошки,
предназначенные для наружного освещения дворца.
- Я три раза, - отвечал тот с досадой, - был у этого человека, но он
каждый раз надувался, как лягушка, и не говорил мне ни слова. Он велел
только своей дочери (которую ты должен увидеть, так как она очаровательна)
и жалкому черному рабу проводить меня в маленькую комнатку, где я нашел
несколько ламп, которые горят здесь.
- Велел ли ты ему прийти ко мне?
- Еще три часа тому назад, и потом во второй раз, когда ты
разговаривал с ваятелем Папием.
Архитектор быстро с досадою повернулся спиной к производителю работ,
раскрыл план дворца, живо отыскал на нем жилище смотрителя, схватил
стоявшую возле лампочку из красной глины и, привыкнув руководствоваться